Специальное расследование медиаинсайдра «За кулисами журналистики»

Часть 2

Там на неведомых инсайдах, следы неведомых источников…

17.04.2019 г. публикуется статья «Спикеров делать из этих людей», в которой авторы статьи утверждают, что у Валентины Матвиенко и Сергея Нарышкина могут смениться обязанности. Утверждают они это потому, что им рассказали несколько источников “Ъ” в госструктурах. Каких источников до сих пор остается загадкой.

«Предположения о том, что госпожа Матвиенко может покинуть верхнюю палату парламента, появлялись и ранее, однако на этот раз вопрос, по заверению источников в госструктурах, довольно предметно обсуждается с декабря 2018 года. Один из собеседников “Ъ” считает, что «вероятность ее ухода крайне велика».

В практике ИД такое печатается нередко, когда журналисты ссылаются не на официальную информацию и заявления официальных лиц, а некие свои источники, и при этом не раскрывают их. Но как можно поверить в это? Вопрос доверия в таком случае по местам расставляет лишь статистика. Если прогнозы и информация источников в будущем подтвердится, то журналистам и их источникам соответственно начинают верить.

Принцип работы с таким источниками совпадает с ведением агентурной работы у оперативников полиции. Для таких ситуаций, есть и профессиональная формула, которая работает по принципу «Студента и зачётки». Сначала журналист работает на инсайдерские данные, а после уже источники делают статьи журналиста.

Но есть одно важное замечание, которое пришло в журналистику из ведения оперативной деятельности сотрудников МВД, и кстати даже закрепилось законом. Редакция обязана сохранять в тайне источник информации и не вправе называть лицо, предоставившее сведения с условием неразглашения его имени, за исключением случая, когда соответствующее требование поступило от суда в связи с находящимся в его производстве делом, следует из ст. 41 «Обеспечение конфиденциальности информации» закона «О СМИ».

Так можно умело пользоваться данной хитрой уловкой и публиковать разные данные, где-то фальсифицируя их в пользу кого-либо или чего-либо. Главное – дойти до момента когда журналистская «зачётка» начнёт работать на него. Кстати, прецеденты у Коммерсанта уже были. В 2004 году Арбитражный суд Москвы удовлетворил иск «Альфа-банка» к издательскому дому «Коммерсантъ» и решил взыскать в пользу истца 320,5 млн руб. в качестве компенсации за не соответствующую действительности и порочащую репутацию банка статью, опубликованную в «Коммерсанте» от 7 июля 2004 года. В мае 2009 года депутат Госдумы РФ Олег Михеев подал в Центральный районный суд Волгограда рекордный в истории российских СМИ иск к газете «Коммерсантъ» с требованием о возмещении убытков в размере 6,761 млрд руб. Он обвинил газету в развязывании «информационной войны» в интересах «Промсвязьбанка» — речь шла о серии публикаций осенью 2007 года о проблемах в компаниях Олега Михеева, после которых «Промсвязьбанк» со значительным дисконтом выкупил ряд активов Михеева. Автор статьи, ставшей поводом для иска, замредактора газеты «Коммерсантъ» в регионах Нижней Волги Александр Поляничко утверждал, что публикации издания о проблемах в компаниях Олега Михеева объективны и основаны на источниках и официальных данных милиции. Однако в 2008 году МВД отказалось подтверждать какие-либо данные в судах, ссылаясь на отсутствие материалов дела. В ноябре 2009 года Замоскворецкий суд Москвы решил взыскать 1 млн руб. с издательского дома «Коммерсантъ», а также политика Бориса Немцова, удовлетворив таким образом иск мэра Москвы Юрия Лужкова о защите достоинства и деловой репутации. Суд также обязал соответчиков опровергнуть недостоверную информацию, опубликованную в сентябрьском интервью политика газете «Коммерсантъ» и в брошюре «Лужков. Итоги», написанной и изданной Немцовым.

Простой журналист Иван Сафронов

Так и наш сегодняшний герой И.Сафронов. Работать в «КоммерсантЪ» он пришел после окончания института в 2009 г. Сначала 10 месячная стажировка, потом долгие годы опыта и работы, а потом посыпались статьи, с разными источниками начиная от МВД и СКР, и заканчивая другими структурами. И зачастую информация подтверждалась. Тем не менее, за эти годы к Сафронову уже не раз возникали вопросы и подозрения. Который во многих своих статьях любит ссылаться на свои «неведомые» источники. Причем нередко такие статьи оказывались резонансными.

Все это длилось до тех пор, пока уже топ-менеджерам не поступила информация, что в издании не всё чисто и в обход руководству, печатаются заказные публикации. Некоторые сотрудники стали зарабатывать на материалах. Вообщем, в «Коммерсанте» появились самые настоящие коммерсанты.

Мы могли бы, конечно, написать, что «по сообщению наших источников в верхушке издания нам стало известно», но мы за голые факты и правду.

Выпускать нельзя уволить

Председатель совета директоров «Коммерсанта» Иван Стрешинский сообщил, что увольнение журналистов не имеет отношения к содержанию статьи. Он утверждает, что ни сами герои статьи — Матвиенко и Нарышкин, ни их представители с ним не связывались, но Стрешинскому «поступил сигнал», что публикация может быть «заказной». После этого, главреду Владимиру Желонкину поручили разобраться в ситуации. Он на посту главреда уже год и его политика простая: «Недопустимо, чтобы «Коммерсант» использовали как сливной бачок во внутриполитических разборках.»

Он попросил Сафронова и его соавтора предоставить сведения об источниках для проверки. При этом, обращаем Ваше внимание, что главред входит в круг лиц, имеющих доступ к информации., а также на то, что от Желонкина НЕ ТРЕБОВАЛОСЬ ДЕЛИТЬСЯ ПОЛУЧЕННЫМИ СВЕДЕНИЯМИ С ПРЕДСТАВИТЕЛЯМИ АКЦИОНЕРА. Речь шла о том, чтобы журналисты доказали ему добросовестность своей работы и соблюдения всех журналистских стандартов. Верхушке ИД было бы достаточно услышать от главного редактора, что со статьей все в порядке.

Представьте себе ситуацию, что вор как школьник оправдывается и говорит, что не воровал, но при этом не выворачивает карманы.

Но ребята источники раскрывать не стали, или не захотели. В общем, проверку не прошли. Фактически сами признали обвинение. Сама эта ситуация является нарушением внутренних правил ИД и субординации.

Более того, после решения об увольнении Стрешинский встретился с Глебом Черкасовым и объяснил свою позицию, после чего Черкасов попросил время на урегулирование конфликта. И, если бы за три дня Черкасов или Желонкин смогли бы подтвердить (ПРОСТО ПОДТВЕРДИТЬ словами), то увольнение отменили бы. Но как мы уже знаем, в указанные сроки никакого подтверждения добросовестности не было предоставлено — это яркое свидетельство того, что либо статья заказная, либо журналистам скандал нужнее.

А теперь сами подумайте, что делать журналистам, которые проработали долгое время и имеют хорошую репутацию. Разве они могут опубликовать пост о том, что их разоблачили, написать о причинах увольнения, попросить прощения у аудитории СМИ за падкость на деньги и заказные материалы?.

Четвертая ветвь власти пошла на четвертую ветвь власти

И как все мы с вами видим, сразу после этого, журналисты начинали свою кампанию по поливанию грязью политики ИД: кричат о нарушении прав и свобод, цензуре. Все по классическому протестному сценарию, уж кому лучше об этом не знать, чем отделу политики. Публикация постов в социальных сетях, а также открытое обращение к изданию. Далее привлечение Союза журналистов, общественных организаций, сотрудников издания. Никто не разбирается, все как один осуждают увольнения. А потом целая акция протеста. Увольнение еще 11 сотрудников. Прощай отдел политики.

Кстати, несмотря на всё это, ребят не выкинули с позором, а предложили поступить «как журналистам» и уволиться, да еще и по соглашению сторон с выплатой компенсаций — «чтобы не портить строчку в резюме».

Парад журналистских суверенитетов

Факты продолжаются.

В.Желонкин: «Мною, шеф-редактором ИД «Коммерсантъ» было принято решение расстаться с двумя журналистами, Иваном Сафроновым и Максимом Ивановым, не из-за содержания конкретной заметки, а из-за нарушения последними стандартов профессиональной журналистской деятельности и редакционных правил ИД «Коммерсантъ».

Остальные журналисты, написавшие заявления об увольнении, приняли это решение самостоятельно, «из соображений ложной солидарности и с целью оказания давления на руководство ИД», сказал Желонкин. «Никаких профессиональных или иных претензий к указанным журналистам не имею, уважаю их право, но не принимаю методов давления», — добавил он.

Руководству акция протеста пришлась не по душе. Незаменимых зарплат…ой, людей нет. Да вот только теперь Стрешинский как председатель совета директоров ИД будет настаивать на увольнении по статье. Всем заявления подписали.

А что ребята, авторы статьи? – а что ребята?

Не признались? – да, не признались.

Хайпанули? – да хайпанули.

Да еще и героями остались.

Т.е. репутацию не загадили, в трудовой все гладко, денег на пол года точно хватит. Хотя, для таких правдорубов еще много где, двери открыты.

Друзья. мораль сей басни такова:

Не верь неизвестным источникам всегда.

Оставьте комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *